Специально для газеты «Общество и Экология» из Америки статья Александра Вдовенко

Вирус к нам придвинулся как любопытное отклонение от привычной рутины, как прогноз атлантического урагана пятой степени, который где-то там во Флориде или Каролинах на деле оборачивается средней силы ветерком и дождиком.  В нашем северо-восточном штате Америки, где живет, как считается, народ потверже, к таким новостям относятся с иронией и здоровым скептицизмом.  Новости из Китая приходили, но это было там, у них,  где уже нечто подобное было и раньше. Там же это должно было перевариться и закончиться. Когда лондонская Таймс  восьмого февраля сообщила о смерти китайского офтальмолога Ли Вен Лианга, который первым громко заговорил о новой смертельной инфекции, мы радовались концертам в Карнгеги Холле, школьным оперетам, хору джорданвильского Свято-Троицкого монастыря, запоздалому снегу, приближающейся весне и летнему отпуску в русских Верхних Мандрогах.  Дальше появились слухи о заболевших опасной коронавирусной пневмонией в Нью Йорке, пошли разговоры о желательности чаще мыть руки, пользоваться в общественных местах масками, не собираться группами больше двадцати, потом десяти человек и практиковать дистанцирование (social distancing).  К концу февраля коронавирус перекинулся на север Италии, пошли новости о невозможности для лечебных учреждений справиться с наплывом тяжелобольных, нуждающихся в искусственной вентиляции легких, о высокой смертности.  Первого марта лондонская Таймс опубликовала мнения британских экспертов о новом коронавирусе, которые сводились к следующему: серьезное заболевание развивается у 20% инфицированных, включая 5% больных критически; смертность — около 1%, что сопоставимо с испанкой 1918 года; умирают преимущественно пожилые или те, кто имеет сопутствующий список заболеваний. Сообщение о первом подтвержденном случае коронавирусной инфекции в нашем штате появилось шестого марта.  К этому времени сверху пришло указание ограничить посещения родственниками больных в госпиталях до одного человека за визит, закрыть все входы, создать коридоры для сотрудников и посетителей, выставить охрану и волонтеров для поголовного измерения температуры, проведения опроса о симптомах и выдачи масок всем входящим.  Желающим совершить путешествие в Китай или ряд стран Европы было рекомендовано воздержаться или выдержать по возвращении две недели карантина на дому.  Вскоре вслед за этим был объявлен запрет на любые собрания.  Все больничные конференции были переведены в режим он-лайн, а сотрудники с признаками гриппа отстранены от работы на две недели.  В конце марта губернатор штата объявил карантин. 

Кстати, о расхожем в России клише о тупых американцах.  В то время, когда в ходу еще были шуточки-прибауточки о каком-то китайском вирусе, граждане штата смели из магазинов, аптек и автозаправок все антисептические жидкости и респираторные маски.  Когда я сказал жене, что не помешало бы приобрести маски и антисептики, их уже нигде нельзя было достать.  Из магазинов исчезли также бумажные полотенца, туалетная бумага (почему-то именно этот товар раскупается в первую очередь), чипсы и всякие там сухие продукты.  Когда затрагиваются личные интересы, американцы не рефлексируют, а думают и действуют сосредоточенно, энергично и рационально. Маски мы заказали через интернет, и пришли они к нам по почте через неделю из…Китая. Такие черные поролоновые намордники с заменяемыми фильтрами-прокладками. Антисептик для рук мы замесили по домашнему рецепту.  Я закупил в вино-водочном магазине несколько бутылей пшеничного 96-градусного спирта (местные еще его не раскупили, то ли не додумались применять его наружно, то ли такое применение им показалось дорогостоящим по сравнению с изопропиловым аптечным спиртом), жена смешала его с кремом алоэ в пропорции 3 к 2, и получился ароматный антисептик, который можно наносить на кожу в виде аэрозоля.

В средине марта у школьников и студентов университетов были весенние каникулы, после которых они уже в школу не возвратились, а продолжили обучение по интернету.  Мои дети все оказались дома, чему мы были рады – вместе легче.

Американская система здравоохранения это большой бизнес, машина по перелопачиванию денег.  В ней есть армия вечно измотанных трудяг и невообразимое количество прихлебателей.  Соотношение первых ко вторым классическое, как в русской пословице, — один с сошкой, а семеро с ложкой.   Поэтому в будний день вестибюли и коридоры госпиталей похожи на железнодорожные вокзалы, переполненные пассажирами.  В этой толпе пациентов почти не видно.  Здесь деловито куда-то спешат продавцы медицинских товаров и услуг, неторопливо во всю ширину коридора перемещаются испаноязычные семьи в три поколения, снуют с этажа на этаж администраторы всех уровней, волонтёры, служители разных религий, технический персонал, охрана, студенты.  В нужное время они перемещаются в кафетерию при госпитале, где можно относительно недорого поесть или в буфет с французским названием, немного подороже.   Кажется, что ничто не может нарушить этот устоявшийся хоть и удручающий порядок вещей.  Но в один день все вестибюли, коридоры и кафетерии опустели.  Все операции и процедуры, кроме неотложных,  отменились.  Всё, кроме отделений интенсивной терапии, приостановилось.  К началу апреля в них стали появляться единичные больные с симптомами тяжёлой вирусной пневмонии.  В середине апреля обстановка в этих отделениях стала напряжённой и изматывающей.  Ситуация значительно осложнялась отсутствием эффективных лабораторных тестов на коронавирус.   Их заказать можно было вначале только в Центре по контролю за заболеваниями в Атланте, штат Джорджия, потом в Отделе здравоохранения штата и лишь позже в головной лаборатории, одной на шесть госпиталей региона.  Ответ приходил спустя 48-72 часов, когда клиническая картина заболевания ужа сама подсказывала правильный диагноз.  На момент написания этого очерка автономная возможность лабораторного тестирования на коронавирус в двух сопряжённых госпиталях на 600 койко-мест составляет 30 в сутки.  Именно столько тестовых ПЦР систем выделяется головной лабораторией.   Поэтому, как вначале, так и до сих пор упор сделан на  распознавание коронавирусной инфекции по клиничсеким признакам.  Справиться с наплывом прямых обращений пациентов посчитали невозможным, поэтому открыли телефоны горячей линии.  Проинструктированный медицинский персонал отвечает на звонки, расспрашивает о симптомах и даёт рекомендации по лечению и карантинных мерах.

Насколько это эффективно я имел возможность проверить на личном опыте.  В конце марта у моей дочери-студентки появились признаки вирусной инфекции с высокой температурой, кашлем, болями во всём теле.  К тому времени медицинские офисы уже были закрыты на приём, был только автоответчик, через который можно было оставить сообщение.  Знавший дочь с пелёнок врач, позвонил, опросил, назначил антибиотики и домашний карантин. Все в доме одели маски, закупорили дочь в комнате и приняли все прописанные при коронавирусе меры личной защиты.  Тут не лишним будет отвлечься на общие вопросы эпидемиологии.  То, что вирус так быстро разлетелся по всей планете, включая самые удалённые острова в океане и экспедиционные суда в Арктике говорит о том, что он вездесущ, то есть избежать контакта с этим коронавирусом невозможно.  Планируя индивидуальную защиту необходимо стараться уменьшить дозу проникающего извне вируса и помочь естественной иммунной системе справиться с этими небольшими дозами инфекции и выработать иммунитет.   Поэтому нужно одевать маску, часто мыть руки или носить перчатки, избегать усталости, много отдыхать и спать, и хорошо, полноценно питаться.  Спустя несколько дней лихорадка у дочери прошла, мы вздохнули и разрешили ей навестить свою комнату в студенческом общежитии, чтобы навести там порядок.  Через 48 часов у неё снова был жар за 40.  Мы снова её уложили дома в кровать и позвонили по горячей линии.  Медсестра-консультант убедительно нам сказала, что это случай коронавируса, и нет необходимости в лабораторном подтверждении.  Я пришёл на работу в госпиталь, обьявил своим коллегам о ситуации, поговорил с главным инфекционистом госпиталя.  Чувствовал я себя нормально, никто мне лабораторный тест не предложил.  В этом есть логика, если принять предположение о вездесущности коронавируса.

Дочь температурила больше месяца, и её в конце-концов принял врач и сделал тест, но не коронавирус, а на стрептококк, который оказался положительным. Снова антибиотки, снова улучшение, снова поездка в общежитие, обморок и серьёзная травма верхней челюсти, потребовавшая срочное, дорогостоящее вмешательство специалиста.  За всё это время никто, ни разу не сделал ей тест на коронавирус.  А теперь примите во внимание, что у этой девушки отец врач, директор секции микробиологии госпиталя, в котором проработал 20 лет.  Я ни себе, ни моей дочери это тест сделать не могу, не имею права. Такая система.  Меня приводили в замешательство сообщения в отечественной прессе с жалобами на некомпетентность и неповоротливость медицинских работников на амбулаторных вызовах.  То есть врачи приходили на дом, стучали в дверь, разговаривали, меряли температуру, советовали, прописывали лекарство, сами себя подвергали опасности заразиться, потом перезванивали, узнавали о самочувствии, и это для некоторых было поводом для недовольства.  Я не знаю как повелось в Отечестве так относиться медицинским работникам.

Пик заболеваемости в нашем штате пришёлся на 22 апреля.  В этот день было выявлено две тысячи  сто с небольшим новых, лабораторно подтверждённых случаев COVID19.  Всего на сегодняшний день в штате 31 тысяча лабораторно подтверждённых случаев на 3.5 миллионов жителей (0.9 %).  2.7 тысячи умерло, смертность от COVID19 в штате составляет 8.8%. 

Наивысшая заболеваемость в процентном и абсолютном счислении — в густонаселённых городах.   Отслеживая эпидемиологичсекую обстановку на карте, очевидным становится, что больше всех пострадали графства, которые ближе к городу Нью-Йорк или связаны с ним более интенсивным автомобильным сообщением, то есть вдоль главной автомобильной трассы.

Вначале президент США Трамп был оптимистичен, загадывая конец карантина к католической Пасхе.  Но к Пасхе карантин был в самом разгаре – пустые улицы, закрытые магазины,

офисы. Никакого автомобильного движения.  В нас, славянах, больше от сифитов.  Мы живём по-городскому поневоле, любим бывать на природе, любим её.  Во время карантина, кажется, сама Земля вздохнула свободнее, и такая перемена обрадовала. 

Прекратился гул самолётов над головой, совсем исчезли пробки на дорогах, воздух очистился.  Времени стало больше. Там, где на дорогу уходил час, теперь — вдвое меньше.  Такой порядок имеет очертания одного из возможных прообразов будущего мира людей, в него стоит всмотреться. 

Карантин не отменили и на православную Пасху. В Великую Субботу был настоящий сантиметров 8, правда, к концу дня растаял.  Из всех атрибутов русской цивилизации вне Отечества наиболее выпукло сохранились два – русский язык и Русская Православная Церковь.  Русские общины за границей — это капли России, в этих каплях в миниатюре бурлят те же энергии, просматриваются те же характеры и архетипы, что и в Отечестве.  Судьба русских общин в США – это их постепенное отмирание, переваривание американским плавильным котлом.  Это отмирание происходит через утрату вначале языка, а вслед за этим православной веры.  Именно в такой последовательности.  Силы, разрушающие эмигрантские общины те же массы, что воздействуют в эту эпоху информационного проникновения и на наших людей в Отечестве.  Эффект не такой быстрый, как в эмиграции (2 поколения), но вектор один и тот же.  Поэтому защита языка и веры для русских должна быть наипервейшей и наиважнейшей задачей.  Боевые корабли, неуязвимые танки,  сверхбыстрые ракеты  и космические группировки служат выполнению второстепенных тактических задач, с задачей сохранения России небесной они не справятся.

Это был наверное первый раз, когда в нашем эмигрантском «немецком» Святопантелеимоновском храме было столько же людей на Пасхальной Литургии, сколько и в Храме Христа Спасителя первопрестольной.  Среди верных были русские, украинцы, сербы и греки.  Редко кто был в масках. Осевой, как и на каждой Литургии, была молитва «о богохранимой стране нашей Россейстей». Был крестный ход и «Воистину Воскресе!» на всю полунощную ивановскую.  Не слыхал, что кто-то после этого слёг. День Пасхи был тёплый, безоблачный, всё снова было в цвету, никаких следов снегопада накануне.

Жители этого штата дисциплинированы.  Сказали носить маски – носят и за другими следят, чтоб носили как полается.  Сказали не более десяти человек в магазине – стоят на улице, ждут, пока кто выйдет.  Тут и самодисциплина и опасение владельцев магазинов быть оштрафованными полицией.  Но полиция не ведёт себя угрожающе. Сидят в своих автомобилях, наблюдают, никому не мешают, никого не останавливают.

Пару дней назад нам обьявили, что зарплата в следующем месяце будет уменьшена на четверть. Можно уверенно предсказать, что так будет и в несколько ближайших месяцев. Мы не бюджетники. Пока есть работа, есть доход. Премий и надбавок тоже ожидать не приходится, поэтому потери в денежном выражении будут как минимум около 40 процентов годовых.  Сегодня пришёл на работу в восемь, ушёл в 9:30. Всё сделал, чего сидеть?  Там, где бурлила жизнь, теперь тишина. Рынок акций рухнул. Большинство пенсионных фондов держат значительную долю вкладов в акциях предприятий и компаний.  Рынок акций восстановится, но что всплывёт, а что утонет после этой встряски неизвестно.  Внутренний голос тихо, мягко так, еле слышно нашептывает: «перестройка».  Помните?  Тут произошло наложение вируса на ряд других цивилизационных и планетарных проблем.  Все понимают, что пора возвращаться к рутине, но какой эта новая рутина будет неизвестно и от этого неуютно.

А что думают о происходящем американцы?  Мой сын Андрей предложил мне помощь в написании этого очерка и попросил своих друзей из Фейсбука ответить на два вопроса:

  1. Что вам в нынешней ситуации COVID19 пандемии нравится и
  2. Что вам в ней не нравится.

Ответили 54 человекa в возрасте от 17 до 75 лет, все из семей выше среднего достатка.  Результат этого опроса созвучен наблюдению графа Толстого в первых строках его романа «Анна Каренина»: «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему».

НРАВИТСЯ

Большинству респондентов понравилось больше проводить времени с семьёй и близкими. Почти такому же количеству нравиться то, что появилось время заняться собой и своими интересами.  Меньше людей ответили, что им нравится никуда не спешить и получать от жизни удовольствие. В такую же категорию вошли люди, которым нравится видеть человеческую взаимопомощь. Единицы ответили, что они рады были избежать этой болезни, что у них появилось больше времени для молитвы к Господу, что произошло улучшение экологической обстановки на земле, что обучение лучше он-лайн, как и работа из дома и что появилось время более критично анализировать неправильную информацию в СМИ.

НЕ НРАВИТСЯ

Тут вариантов того, оказалось больше, ответы были разнообразнее.  Невозможность личного общения вообще и видеть друзей в частности упоминались чаще всего.  На втором месте были невозможность строить планы, неуверенность в будущем, необходимость оставаться в изоляции, дезинформация и преувеличения в стредствах массовой информации.  На третьем месте были свидетельства человеческих страданий и смерти.  Потом следовали страх за близких людей, невозможность обниматься, свидетельства ненависти, нетерпимости, эгоизма, расизма, антисемитизма и недоброго отношения в стране. Больше чем один раз респондентам не нравилась невоможность участия в выпускной церемонии по окончании университета, невозможность лично видеть семью, невозможность посещать школу, не нравились прибыли богатых и влиятельных, депрессия и страх, личные экономические трудности и поляризация общества. 

Отдельным респондентам не нравились предстоящие большие финансовые проблемы, необходимость носит маску на публике, невозможность купить необходимое в интернете, невозможность запланированного переезда в другую страну, невозможность ходить в рестораны, отмена запланированных мероприятий, страх заболеть, паника родителей, обучение в школе он-лайн, страх новой волны вируса, плохая организация борьбы с вирусом,  разрыв человеческих отношений из-за эпидемии, реакция правительства на вирус, которая хуже самого вируса и происходящее разрушение планеты.

Как видно из этого опроса, жизнь небедных американцев пока сильно не изменилась. Есть тревоги, разочарования, но есть и положительные стороны в происходящем. Уже несколько дней подряд число новых случаев инфекции в штате, вызванной SARS-CoV-2, исчисляется несколькими сотнями, госпитализации уменьшились на 30%, на дорогах появилось больше грузовиков, начались ремонтные работы, появились сообщения о планах приоткрыть предприятия 20 мая. Говорят о скором внедрении вакцины против нового коронавируса. Но нужно понимать, что наша всесильность перед лицом инфекционных болезней- это иллюзия. Живая материя изобретательна настолько, насколько изобретателен её Творец. Скорее всего, жизнь наша уже не будет как прежде, и всегда есть надежда, что это, на самом деле мягкое, предупреждение будет нами услышано и осознано именно как предупреждение о грядущих более грозных событиях если мы не перестанем поглощать и разрушать удивительную и единственную нашу голубую обитель.

Александр Вдовенко, США

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники